Аскания-Нова: прогулка по заповеднику осенью

У входа в заповедник гостей встречает бюст Фридриха Фальц-Фейна — немецкого барона, который в конце XIX века разбил здесь зоопарк и дендропарк прямо в открытой степи. Осенью в Аскании-Нова заметно спокойнее, чем летом: меньше групп, тише, и животные ведут себя иначе — без летней суеты вокруг кормушек.

Аскания-Нова работает круглый год, и осень здесь — отдельное удовольствие. Жара спала, туристов меньше, а животные никуда не торопятся.

Первыми на дорожке появляются павлины. Они здесь не в вольере — гуляют свободно по всей территории и к людям давно привыкли.

Часть птиц в это время просто лежит в тени — и всё равно подпускает вплотную. Павлин в расслабленном состоянии выглядит совсем не так, как на открытках.

Многие посетители тянутся угостить птиц хлебом. Сотрудники просят этого не делать — и дело не только в правилах. Хлеб для птиц практически бесполезен: быстро насыщает, вытесняет полноценный корм и при регулярном угощении приводит к нехватке белка и витаминов. У водоплавающих от такой диеты развивается «синдром ангельского крыла» — деформация, при которой маховые перья растут неправильно.

Дальше — аллеи и дорожки между прудами.

У воды держатся лебеди-шипуны. Название — от характерного шипения, которое птица издаёт, когда чувствует угрозу. В природе шипун селится на заросших озёрах и лиманах; в гнездовой период пара охраняет гнездо очень настойчиво — самец может атаковать даже крупных животных. Здесь, в заповеднике, они спокойнее, но дистанцию всё равно держат.

Рядом с лебедями — гуси. Эти куда общительнее: подходят сами, без приглашения.

Стоит остановиться — и через минуту уже идут за тобой по дорожке. Не из привязанности, просто выяснили, что выгода возможна.

Зелёные зоны вокруг прудов выглядят как старый парк, но степь под ними никуда не делась. Всё это посажено и поддерживается вручную — изначально здесь была открытая ковыльная степь, и каждое дерево появилось благодаря поливу и уходу. Дендропарк заповедника насчитывает больше 500 видов и форм растений.

У берега копошатся нутрии. Резцы у них действительно оранжевые — это не болезнь и не грязь, а эмаль с высоким содержанием железа, она прочнее обычной и окрашена от природы именно так.

После воды нутрия долго приводит шерсть в порядок — вылизывает, расчёсывает лапами. Выглядит комично, но это важная часть ухода: жировая смазка шерсти защищает от намокания.

Рядом мелькает кто-то мелкий и быстрый — тащит корм и тут же скрывается.

Копытные и птицы в загонах

Дальше начинается секция с копытными. Пространство открытое, животных много, и сразу бросается в глаза разнообразие форм и окрасок — результат десятилетий скрещиваний и целенаправленной работы с разными породами и видами.

Некоторые животные здесь непривычной для глаза внешности — необычный разворот рогов, нестандартная окраска, непропорциональное на первый взгляд телосложение.

Две самки орикса — животных из Африки, хорошо узнаваемых по длинным прямым рогам.

Несколько животных лежат рядом, хотя место позволяет разойтись. Стадный инстинкт не отключается даже в вольере.

Винторогий козёл — он же мархур. В дикой природе живёт в горах Центральной Азии, от Пакистана до Таджикистана, и находится под охраной как исчезающий вид. Рога у самцов закручены по спирали и могут достигать полутора метров в длину.

Двугорбый верблюд. В отличие от одногорбого дромадера, приспособлен к резким перепадам температур — от сильного мороза до летней жары. Горбы — не вода, как принято думать, а жировой запас, который при необходимости метаболизируется в энергию.

Пони рядом с верблюдом выглядят неожиданно маленькими. Хотя некоторые породы пони по силе не уступают лошадям вдвое крупнее них.

В отдельных загонах — страусы трёх видов. Всех объединяет одно: летать не умеют, зато при виде опасности бегут быстро.

Африканский страус — крупнейшая птица на планете, до 2,7 метра в высоту и под 150 килограммов весом. На максимальной скорости разгоняется до 70 км/ч. Глаз у страуса больше, чем мозг.

Эму — второй по величине. Перо у него двойное: каждый ствол даёт два отдельных пера, поэтому птица выглядит лохматой даже когда спокойна. Эму не умеет идти назад — анатомия не позволяет.

Нанду — южноамериканский родственник страуса и эму. Мельче обоих, но заметно проворнее. Самцы нанду насиживают яйца сами и потом водят птенцов — самки в этом не участвуют.

Каменные бабы в степи

На территории заповедника стоят каменные статуи — «каменные бабы», половецкие изваяния VIII–XIII веков. Их ставили на курганах в память об умерших воинах. Большинство дошедших до нас скульптур хранится в музеях, но часть осталась там, где и была изначально, — в степи.

Добраться до Аскании-Нова можно самостоятельно или с экскурсионной группой. Степная часть — биосферный заповедник, для посещения нужен отдельный пропуск или организованный маршрут. Зоологический парк и дендропарк открыты для свободного посещения в установленные часы.

Весь этот зелёный массив — дендропарк, заложенный ещё при Фальц-Фейне в конце XIX века, — вырос из голой степи. Сейчас деревьям здесь больше ста лет.